November 5th, 2006

стихи

Летняя сказка №3

В одном теплом болоте на краю мега-леса жила Лягушка. Род у нее был славный, хотя и не аристократический. Говорят, у нее в роду были Василиса Прекрасная, Василиса Премудрая и даже один Василиск. Надоело Лягушке с таким славным генетическим наследием в провинциальном болоте без дела сидеть. Сняла она лягушачью кожу, спрятала ее в листах кувшинок. Надела выброшенные кем-то неподалеку от болотца джинсы "Долче и Габбана», топ «Ив Сан Лоран", кеды «No Name» и пошла к Кощею Бессмертному в парк самых новых технологий на работу устраиваться. По дороге выправила у местных бурундуков паспорт на имя Лиссы Болотовой, сиви ей сова написала. Как передала Лягушка через секретаря Марью-Красу свою сиви Кощею, так он сразу Лиссу на работу офис-менеджером и взял.
А надо сказать, что топ-менеджерами у Кощея работали три поросенка: Ниф-Ниф, Наф-Наф и Пятачок. Увидали поросята-менеджеры Лису-Лягушку – все трое сразу и влюбились. Работает она месяц, другой на фирме, а они все трое так за ней и ухаживают. А Лисса и не знает кого выбрать – все как на подбор: костюмы у них от "Босс Хуго Босс", ботинки стиля «Оксфорд», сами ребята гладкие, животы круглые, через легкую щетинистую небритость розовые пухлые щеки проглядывают. И кого же из них выбрать?
И вот Кощей Бессмертный объявляет, что через неделю корпоративная вечеринка-бал состоится. Поросята за день до вечеринки Лягушке условие поставили – говорят: «К концу бала мы к тебе подойдем, а ты лучшего из нас выберешь».
Делать нечего, начала Лисса к вечеринке готовиться. Зеленое платье от Джона Галлиано в магазине «7-я авеню» на прокат взяла. Марья-Искусница ей одолжила сапоги из кожи австралийского бешеного крокодила. Сапоги эти на заказ сам Вакула-черевичник шил, а кожу, выделанную Крокодил-Данди ему в знак дружбы подарил.
В назначенный вечер Лягушка мейк-ап наложила: пудра и румяна – Loreal, губная помада - Lancom, тушь – фабрика “Dzintars”. Стала одновременно похожа на Милу Йовович, Катрин Денев и Вию Артмане вместе взятых. Царевна-Лебедь ей свои драгоценности поносить предложила. Хотела Лягушке еще свой кокошник, расшитый жемчугом, дать, но не по размеру оказался – на глаза Лиссе спадал. Надушилась Лягушка духами Paloma Piccaso, почувствовала себя легкой и прекрасной – как девочка на голубом шаре. Взглянула в зеркало: хороша - глаз не отвесть. Тут же и опечалилась.
В зеркале легкая тень мелькнула – это Лягушкин дядя – болотный фей печаль своей племянницы на расстоянии своими экстрасенсорными атавизмами уловил. Ступил на ламинатный пол из зеркала и спрашивает: «Что закручинилась, девица? Поведай дяде». Лягушка и поведала, что не на чем девушке на праздник ехать. На такси – так ночью волчары-таксисты последнюю кожу сдерут. «Не беда, - говорит фей.- Сейчас вот к соседке своей из соседнего болота загляну. У нее давно без дела тыква простаивает. Ейная Золушка теперь со своим принцем только на Феррари да Мазерати катаются. Небось, разрешит хозяйка по доверенности на одну ночку тыквой попользоваться». Ворон-нотариус им быстро доверенность состряпал. Дядюшка-фей полой ветхого плаща махнул – превратилась тыква в ретро-автомобиль: в гибрид кареты скорой помощи и Хорха. А лягушонка и рада. Дядю в щеку чмокнула, скакнула за руль и через дремучий лес поехала на вечеринку.
А в те поры, прознав, что Кощей Бессмертный то ли званый вечер, то ли ассамблею, то ли саммит какой организует, решили три змея-антиглобалиста – Змей Горыныч, Тугарин Змей и Японский Змей (который в самом деле дракон был), организовать международную акцию протеста против кащеевских технологий. Сидят они, значит, при свете луны в этом лесу на опушке, сигареты «Парламент» курят, пиво «Оболонь» пьют, местными мухоморами закусывают. Козни свои обсуждают. Увидели авто – на крыльях в небо поднялись, с неба на транспортное средство нападать стали. Лягушка со страху из автомобиля выскочила – они ее тут какими-то вьюнами и повязали, драгоценности посрывали. Автомобиль-карету опрокинули, стекла выбили, а огнедышащий Японский Змей (дракон который) поджег авто пламенем из пасти. Вот сидят они, змеи эти, опять на опушке, светом пламени освещаемой, и говорят Лиссе: «Ну, Лягушонка, если хочешь, чтоб мы тебя помиловали – пляши стриптиз». «Не умею, - говорит Лягушка, - никакого стриптизу. Комаринскую умею, танец маленьких лягушат, аэробику исполнить могу. А стриптиз, - говорит, - нет. Не обучены мы этому на болотах». Японский Змей-дракон для устрашения взял, да и рыгнул огненной струей. Делать нечего молодой Лягушке – жить-то хочется. Развязал Тугарин ей путы. Стала Лисса заместо шеста у белой березки, и давай этим змеям аэробику с трепаком показывать. Вот уж и платье сняла. В одном нижнем белье фабрики «Лаума» осталась.
Но повезло девушке. В то время через лес ехали три богатыря – Илья Муромец, Добрыня Никитич и молодой Пересвет. Ехали они с соревнований по народным видам драк из Переяславля-Залесского. Как увидали они, чего супостаты с девой юной сотворили, так разозлились, схватили свои палицы и пищали и живо эту шелупень змеиную разогнали. Динозавры полетели – только свист от крыльев в воздухе раздался. Змей Горыныч в тридевятое царство попрятался, Японский Змей-дракон в страну восходящего солнца и триады подался, а Тугарин Змей во внутренней Монголии укрылся.
Приглянулась дева спасенная Пересвету. Забрал он к себе за кольцевую дорогу в Копейкино. И было им там счастье. Во-первых, страховку за сожженную машину, за похищенные драгоценности и наряды получили, и всем владельцам имущества ущерб возместили. Во-вторых, ипотечный кредит взяли, и терем трехуровневый построили. В-третьих, поженились они и детишек нарожали. Бегают теперь по терему трое ребятишек. Все черепашки. Ниндзя.
А три поросенка недолго горевали. На то они и топ-менеджеры. Нашли себе невест в модельном бизнесе. Ниф-Ниф женился на Линде Баптисте, Наф-Наф на Клавдии Рубероид, а Пятачок – на Синди Копперфильд.
Вот и сказке конец, а тем , кто слушал - будет счастье.